Нина Дымченко «Чеховские герои стали нашими современниками: Каким получился спектакль «Дядя» в столичном ТЮЗе»

Российская газета
18.12.2025

Чехов был уверен — вот еще каких-нибудь сто-двести лет, и люди наверняка «найдут средство, как быть счастливыми». Времени с тех пор прошло достаточно — но никаких рецептов счастья у нас так и нет. В спектакле «Дядя» по мотивам Чехова в столичном ТЮЗе режиссер Петр Шерешевский снова пытается ответить на вопрос, что мешает современнику быть счастливым.

Зрители сразу попадают в квартиру Серебрякова в разгар поминок по его первой жене, Вере Петровне. / Елена ЛапинаСообщить об опечатке

Напомню: в пьесе Чехова Иван Петрович Войницкий управлял имением своей умершей сестры, первой жены отставного профессора Серебрякова. Тот, в свою очередь, с молодой женой сбегал в имение от городской жизни, которая была ему не по карману. Войницкий и доктор Астров влюблены в Елену Андреевну, молодую жену Серебрякова, который собирается продать дом, «деньги обратить в процентные бумаги и на излишек, какой останется, купить дачу в Финляндии»…

Режиссер Петр Шерешевский переносит действие чеховского «Дяди Вани» в наши дни. Зрители сразу попадают в квартиру Серебрякова в разгар поминок по его первой жене, Вере Петровне. Кутью и пироги здесь уже готовит Елена Андреевна, новая жена профессора. На поминальный обед приглашены дочь Соня — теперь она воспитательница детсада (помните, у Чехова она обещала когда-нибудь увидеть «небо в алмазах»), друзья семьи, Михаил и Марина Астровы — сын и мать, да двойняшки Иван Петрович и Мария Петровна. Они настроены помянуть Веру Петровну (которая была женщиной ого-го — кому-то вторая мать, кому-то почти сестра и дочь) и выразить сочувствие вдовцу и дочке Сонечке.

От текста Чехова драматург Семен Саксеев (псевдоним самого Шерешевского) оставляет сюжетную рамку, а с самой пьесой обращается без церемоний. Все действие представляет собою нескончаемое застолье. Поминки здесь сменяются свадьбой, свадьба перетекает в день рождения.

Невероятно харизматичную преподавательницу-филолога играет Виктория Верберг. Рядом с ней — Войницкий в исполнении Игоря Гордина. В этом спектакле дядя Ваня совсем немногословен, по-своему ироничен и бесконечно угрюм.

Поначалу ненужной за этим столом кажется суетливая Елена Андреевна (Полина Одинцова). С самого начала все словно ждут, когда помощница — любовница героя потащит моложавого Серебрякова в кожаном пиджаке под венец. Когда же все так и случается, — Елена Андреевна на глазах у гостей переодевается в подвенечное платье и поминальный обед превращается в свадьбу. Превращение сопровождает скандал. И Мария, и Соня поочередно бросают Елене Андреевне обвинения. Елену Андреевну Чехова часто изображают роковой красоткой, женщиной, в которую влюбляются с первого взгляда. А героиня Полины Одинцовой — простоватая, застенчивая, из тех, кто «вечно садится не на тот автобус».

Один из главных вопросов спектакля — отчего люди, которые должны любить, склонны уничтожать друг друга бесконечными склоками

Профессор Серебряков (Игорь Балалаев), в этой версии киновед, спец по румынскому кино, говорит о своей второй жене неуверенно, словно извиняясь перед всеми за второй брак — он сравнивает ее с птичкой и, кажется, подсознательно надеется, что молодая жена займет подле него то же место, место безропотной жены гения, что и Вера Петровна.

Один из главных вопросов этого спектакля — отчего люди, которые вроде бы должны любить и поддерживать, склонны, пускай и ненамеренно, уничтожать друг друга бесконечными придирками, непониманием, склоками? Почему они не способны разглядеть подлинные желания друг друга? Почему они предпочитают жить «по инерции» и не хотят ничего менять? Дядя Ваня — здесь он бывший математик, который учился вместе с Перельманом, а теперь торгует помповыми насосами — находит объяснение всему: он вспоминает о законе сохранения энергии, по которому энергия никогда не исчезает бесследно, а перетекает из одной формы в другую — точно также работает и с людьми, которые направляют свою энергию не на созидание (помните Чехова? «Дело надо делать, господа!»), а на саморазрушение, на бесконечные замалчивания и неисполненные мечты.

Яркий пример — сорокалетний врач скорой Михаил Львович Астров, разведен, живет в однушке с мамой. Астров мечтает изобрести лекарство от рака, которое непременно починит раздробленную Вселенную. Но толком ни мечты, ни цели. За душой у героя Максима Виноградова сплошное ощущение тщетности всего и одиночество, от которых он пытается спастись в объятиях Елены Андреевны.

Энергия разрушения приобретает самые причудливые формы и достигает пика в финале. «Дядя Ваня» Войницкий, стреляя в Серебрякова, не промахивается. Но… герои вновь оказываются за одним столом. По-прежнему язвительна Мария Петровна, по-прежнему неприкаянна Сонечка… Елена Андреевна жмется к новому ухажеру Астрову, а Войницкий рассуждает о своей потерянной жизни…

Все по кругу. Кто-то из огорошенных зрителей идет в раздумье: возможно ли нарушить этот вечный чеховский круговорот — и сможет ли разорвать его тот, кто действительно захочет перенаправить свою энергию… Но вот вопрос: куда?