Уважаемые зрители!

По указу мэра Москвы Сергея Собянина с 28 октября мы имеем право пускать зрителей на наши спектакли исключительно при наличии Qr-кода.

Если вы приобрели билеты к нам заранее, то позаботьтесь, пожалуйста, о получении Qr-кода. Его можно получить либо переболевшим Covid-19, либо имеющим прививку, либо сделав ПЦР-тест за 72 часа до посещения Театра с отрицательным результатом на наличие коронавирусной инфекции. 

Лица до 18 лет без Qr-кода допускаются только в сопровождении родителей или иных законных представителей, предъявивших Qr-код. Либо без сопровождения, но с предоставлением Qr-кода на общих основаниях.

При входе в Театр зритель предъявляет билет, паспорт и Qr-код. 

Вернуть билеты вы можете не позднее, чем за три дня до спектакля, через ваш личный кабинет на сайте ticketland.ru

По всем вопросам, касающимся возврата средств, обращайтесь в колл-центр Тикетлэнда: 8-495-134-77-77

И главное, не болейте! Мы ждём вас в театре!

Пушкинская карта

  • Это специальная банковская карта для молодёжи от 14 до 22 лет, которой можно расплачиваться при покупке билетов на культурные мероприятия. Деньги на счёт таких карт будет направлять государство. В 2021 году на каждую карту зачислено по 3000 рублей. В следующем году сумму планируют увеличить до 5000.
Спектакли нашего театра, билеты на которые вы можете купить по Пушкинской карте:

Основная сцена: «Вариации тайны», «Дама с собачкой», «Кто боится Вирджинии Вулф?», «Леди Макбет нашего уезда», «Пьяный Амур», «Пять шагов до тебя», «Робин Гуд. Баллада о любви», «Скрипка Ротшильда», «С любимыми не расставайтесь»

Сцена «Игры во флигеле»: «День рождения Смирновой», «Коллекционер», «Маленький господин Фридеман», «Последняя лента Крэппа», «Таня-Таня», «Улетающий Монахов».

Чтобы купить билеты по Пушкинской карте нужно:

  • Выбрать заинтересовавший вас спектакль
  • Кликнуть кнопку «Купить билет»
  • В открывшемся окне плана зрительного зала выбрать место
  • Убедившись в том, что стоимость вашего места не превышает баланс вашей Пушкинской карты, кликнуть кнопку «оформить заказ»
  • Заполнить открывшуюся таблицу и кликнуть кнопку «подтвердить»
  • Заполнить данные куда и кому отправить билеты, пометить галочкой опцию «Пушкинской картой», ввести запрашиваемые данные и кликнуть кнопку «оплатить»
  • Ознакомиться с открывшимся на экране «Соглашением о пользовании Пушкинской картой», кликнуть кнопку «к оплате»
  • Ввести в открывшемся окне требуемые данные Пушкинской карты и кликнуть «оплатить»

По указанному адресу электронной почты вы получите электронный билет, который потребуется предъявить на входе в театр вместе с документом, удостоверяющим личность.

Обращаем ваше внимание: передача билета, приобретённого по Пушкинской карте, третьему лицу не допускается.

Слава Шадронов «Избираю удел покорности»

В литературных энциклопедиях имя Шервуда Андерсона, как правило, стоит через запятую с Хемингуэем и Фицджеральдом, но этих до сих пор читают, и не только литературоведы, а про того, казалось, давно забыли… На моей памяти «Семья Грей» — единственная попытка сценического освоения его прозы, и для чтения-то материала неблагодарного (в свое время казавшиеся экспериментальными, новаторскими произведения Андерсона еще при его жизни вышли в тираж, теперь век спустя и подавно списаны в архив), а уж для инсценировок подавно. Рассказик «Братья и смерть» крошечный, считанные несколько страниц — спектакль Андрея Гончарова тоже лаконичен, всего полтора часа без антракта, но слов в нем совсем мало, а еще меньше текста оригинального авторского. Зато хватает другого — представление открывается почти фарсовым интерактивным прологом, где актер Андрей Максимов, в дальнейшем играющий роль многодетного отца фермерского семейства Греев (по ходу, но не сразу, ему и накладную бороду а ля Авраам Линкольн прилепят) изображает доктора-лектора, беседующего с собравшимися о «пороках», и в частности, о «пороке сердца», которым страдает, как выяснится вскоре, один из сыновей его основного героя; немного позднее дети фермера разыгрывают полушуточный-полумагический «ритуал» с рыцарским «посвящением» на текст… песни группы «Любэ»; а уж когда доходит до цитирования стихов потерянного для истории пролеткультовского поэта, творившего в Ленинграде под псевдонимом Самобытник…

Действие рассказа-первоисточника, при всей по меркам эстетики модернизма начала 20-го века «экспериментальности» повествовательной техники Шервуда Андерсона, как ни крути, привязано к житейским, повседневным реалиям американской глубинки рубежа 19-20 вв. Персонажи спектакля Андрея Гончарова существуют, разумеется, вне географии, а что касается хронологии — мультяшный имидж, в частности, наряд, отсылающий к супергеройским комиксам и мультсериалов, придуманный для младшего из крестьянских детей (есть в спектакле эпизод, где на фонограмме звучит песенная заставка к серии «Черного плаща»), в сочетании со строгими фраками, которые благонамеренные фермеры надевают прежде, чем усесться с молитвой за праздничный стол, задают градус условности, который все-таки довольно простая в основе семейная история выдерживает с трудом. Режиссер, похоже, того и добивался — на протяжении полутора часов он поминутно конструирует и разрушает иллюзию реальности: трава, земля, деревья и другие основополагающие приметы «кантри-сайд» в спектакле нарочито, демонстративно искусственные, синтетические; но суп в тарелках — настоящий, и по аромату даже можно сидя в зале угадать, на каком он сварен бульоне! То же и с эмоциями героев — актеры то достигают вершин «проникновенности», «пронзительности» и всего того, что так ценится апологетами «русскаго психологическаго реалистическаго театра», и тут же невзначай, мгновенно эту кропотливо созданную химеру наотмашь рушат вместе с пресловутой «четвертой стеной», то обращением напрямую к публике, то еще какой-нибудь подобного рода простецкой балаганной эскападой.

Щедро, через край разливает в спектакле Андрей Гончаров, отталкиваясь от наивной фабулы рассказа, вселенскую меланхолию — в том числе и буквально, неоднократно окуная полуголых актеров в лоханку с водой… Вообще «Семья Грей» — можно уже сказать, типичный, характерный для стилистики режиссера спектакль, не самый удачный, пожалуй, если вспоминать его замечательную нижнетагильскую постановку «О любви» по Чехову —

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4275194.html

  • но все-таки и не сводимый к чистому формализму, как московская версия «Отелло» в Театре на Таганке —

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4308710.html

  • здесь, как и в предыдущей его работе на площадке «флигеля» МТЮЗа, «Маленьком господине Фридемане» по Томасу Манну —

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4269600.html

  • сквозь всю условность и оформления, и актерского существования, подлинные внутрисемейные отношения героев проступают, обозначают ненадуманные, универсальные человеческие проблемы, да, в конце концов, Андерсон — не Шекспир, а «Братья и смерть» — не «Отелло», специально перед театром рассказ (даже очень короткий) читать вряд ли станешь (я прочел уже после того, как посмотрел спектакль), а без этого хотелось бы мало-мальски вникнуть в сюжет, так вот, спасибо режиссеру, вникнуть при желании можно, и уяснить, что властный отец из бедных фермеров и мать (Полина Одинцова) из клана землевладельцев испанского (считай «аристократического») происхождения прожили вместе двадцать лет, наплодили кучу детей, но один (Леонид Кондрашов) умрет юным от того самого «порока», про который в своей лекции толковал ряженый доктор (и для наглядности в разговоре о «пороке сердца» используется огромный бутафорский муляж сердечной мышцы, на руках у бедной матери он смотрится одновременно трогательно и отталкивающе), а другой (Дмитрий Агафонов, очевидно для Андрея Гончарова неслучайный артист, которому в «Маленьком господине Фридемане» режиссер доверил заглавную роль) решит покинуть отцовский дом, чтоб проявить самостоятельность, но сломается…

Даже пару деревьев, оставшихся на ферме от прежнего хозяина, отца жены, мастер Грей велит спилить… Тут в русскоязычном контексте неизбежны чеховские ассоциации — их, насколько я уловил, режиссер также старается сразу и показательно игнорировать в стилистическом плане (справедливо брезгуя старомодной «атмосфЭрностью»), и ненавязчиво в содержательном подчеркнуть; с другой стороны — в ход идет «испанская» гитара (плюс соответствующий костюм, опять же) и прочая метафорическая атрибутика — ассоциации распускаются в спектакле бутоном даже не гвоздики (букет, подаренный матери к празднику, становится лишним поводом включить в драматургическую композицию стихи с упоминанием цветка, принадлежащие Алексею Маширову-Самобытнику, поэту, большевику и активисту Пролеткульта, умершему в Ленинграде в 1943 году, о существовании которого, врать не буду, я — как бы специалист по советской литературе 1920-х30-х — до «Семьи Грей» Андрея Гончарова не подозревал!), а розы или даже орхидеи… Однако режиссура — это все-таки некий комплекс идей, а не совокупность формальных приемов, сколь угодно многочисленных, разнообразных и изощренных. По моим ощущениям изощренность, не по годам профессиональная зрелость (владение актуальными «технологиями» сценической выразительности налицо!) режиссуры Андрея Гончарова пока что обслуживает в большей степени инфантильность его мышления, а не адекватную по значительности всей это формалистской роскоши содержательную задачу.

Скрыпников Александр

Скрыпников Александр Евгеньевич
Актёр. Родился 17 декабря 1997 в Москве, почти всю жизнь прожил в г. Набережные Челны.
В 2021 году окончил актёрский факультет ВШСИ «Театральная школа К. Райкина» (Мастерская К. Райкина).
В этом же году принят в труппу МТЮЗа.